«Танки собирали под открытым небом» - Московская перспектива

«Танки собирали под открытым небом»

«Танки собирали под открытым небом»
«Танки собирали  под открытым небом»
Андрей Шрейбер строил самый крупный танковый завод страны

Еще в школе Андрей Шрейбер мечтал стать литератором – печатался в «Пионерской правде» и журнале «Пионер». На Всесоюзном конкурсе детской прозы занял второе место. Ему вручили грамоту, подписанную самыми любимыми детскими писателями тех лет – Самуилом Маршаком и Корнеем Чуковским, подарили заграничное чудо – ручку «Паркер» с золотым пером и поездку на поезде из Ленинграда в Москву по маршруту путешествия Николая Радищева. В старших классах молодой человек мечтал о ВГИКе и по окончании школы, выдержав огромный конкурс, поступил на сценарный факультет. Но проучился в институте лишь один курс – началась война.

После сдачи весенней сессии мальчишек Института кинематографии вместе с ребятами из «Щуки» и ВГИТИСа отправили в эшелоне под Смоленск рыть окопы. «Здесь мы трудились месяца полтора. Жили в больших сараях, прежде служивших сеновалами. Когда же немцы подошли к Смоленску совсем близко и начали по соседству с нами высаживать десанты, поступил приказ: вернуть студентов в Москву, поскольку, кроме лопат, обороняться было нечем. ВГИК к тому времени закрыли, а мне в военкомате дали предписание отправляться в Нижний Тагил.

Военные годы серьезно изменили мои взгляды на жизнь. На Урале была заложена основа моей производственной, а в дальнейшем и научной деятельности», – рассказывает Андрей Константинович.

Дело в том, что на Уральский вагоностроительный завод (Уралвагонзавод), расположенный в Нижнем Тагиле, был эвакуирован Харьковский танковый завод № 183. «Мы начали возводить новые цеха по выпуску легендарного танка Т-34. Жили впроголодь. За работу нас один раз в сутки кормили в столовой и выдавали сухой паек. Трудились без выходных и праздников по 12–15 часов в день, пока не выполним суточное задание. Отставание могло обернуться серьезными последствиями», – вспоминает ветеран.

«Серьезные проблемы возникали с бытом: не хватало жилья, света и тепла.

Сначала я попал в бригаду каменщиков и первые полгода трудился подсобником. Потом сам стал класть кирпичи. Без отрыва от производства изучал основные принципы технологии и организации строительного дела. Стал мастером, а позже – исполняющим обязанности прораба», – рассказывает Шрейбер.

Людей, которых не посылали на фронт, так называемых ограниченно годных, распределяли служить в особых строительно-монтажных частях. Многие из них прежде никакого отношения к строительству не имели. «Мы обучали их выполнять земляные, бетонные, каменные работы. Курьезного здесь, поверьте, было мало, больше трагического.

В 1943 году по решению Государственного комитета обороны лиц, имеющих незаконченное высшее образование, стали направлять на учебу в вузы. Из нескольких тысяч строителей Уралвагонзавода я оказался единственным. Вот так я стал студентом Московского инженерно-строительного института им. В.В. Куйбышева».

Среди студентов были в основном демобилизованные с фронта, после госпиталей – с палками, на протезах… К учебе учащиеся относились ответственно. Зимой сидели в шубах в неотапливаемых аудиториях. «Незаметно строительство увлекло меня сильнее, чем литература, о чем я никогда впоследствии не жалел. В 1949 году я стал дипломированным инженером-строителем. Работал на возведении Череповецкого металлургического комбината, где за три года прошел путь от прораба до главного инженера и начальника строительного управления. В 1952 году меня перевели в Тулу. Здесь я в должности начальника управления строительством руководил реконструкцией Косогорского и Новотульского металлургических заводов, строил первый в Советском Союзе завод фитингов.

Начал задумываться об использовании своего практического опыта в научных исследованиях и в 1959-м защитил кандидатскую, а 1969 году – докторскую диссертацию. Работал заведующим кафедрой «Экономика и организация строительства» и первым деканом вновь организованного инженерно-экономического факультета МИСИ. Но я, как производственник, не мог оставаться только ученым. С 1975 года в течение 11 лет трудился замруководителя Главмосстроя, возглавлял строительство уникальных и экспериментальных объектов, в том числе объектов Олимпиады-80. Руководил строительством в Ташкенте, Нижневартовске, Тынде, Улан-Баторе.

Продолжателями строительной традиции в моей семье стали сыновья, тоже выпускники МИСИ. Старший – профессор, доктор технических наук. Младший – заместитель начальника Объединения монолитного домостроения».