«Мне нравится жить в Москве» - Московская перспектива

«Мне нравится жить в Москве»

«Мне нравится жить в Москве»
«Мне нравится жить в Москве»
Прогулка с Елизаветой Лихачёвой, историком, директором Музея архитектуры им. Щусева

Незадолго до дня рождения газеты «Московская перспектива» сменила адрес редакции. Издание переехало в Романов переулок, в дом, надо сказать, непростой, исторический. Да и вообще места у нас тут вокруг легендарные, историей веет от каждого здания. Рассказать об этом районе мы попросили нашу соседку – Елизавету Лихачёву, директора Музея архитектуры им. Щусева, который находится через дорогу. Прогулку по кварталу мы начали с этимологии названия Ваганьковского холма.

Елизавета Станиславовна, откуда пошло название «Ваганьковский»?

– Вариантов много, но мне очень нравится версия про музыкантов. Дело в том, что, как и все средневековые города, Москва запиралась на ночь, пока она находилась в границах Китай-города. И если вы подъезжали сюда после заката солнца, то попасть внутрь не могли. Соответственно все сидели в кабаках, в постоялых дворах, которых здесь было довольно много. И в кабаках были те, кого сейчас называют музыкантами, а тогда лабухами, ваганами – отсюда и Ваганьково.

Старый Ваганьковский холм – это пространство от Никитской улицы до Знаменки. Это место довольно быстро развивается, входит в царскую собственность: правая сторона Знаменки, как раз где Романов переулок, была выделена в опричнину, а при Алексее Михайловиче в этом околотке находились заготовительно-кухонные предприятия. На территории нашей усадьбы был аптекарский приказ, от него в комплексе наших зданий осталась кухня, а вот там, где Кисельные переулки, были цеха по заготовке консервов, киселей, варенья для царского двора.

Дальше царь Алексей Михайлович кусок земли между Романовым переулком и Охотным Рядом отдает семье своей жены Нарышкиной, и там появляется первая усадьба и прекрасный памятник московского барокко (домовая церковь Нарышкиных) – церковь иконы Божией Матери «Знамение». Впоследствии эта земля уйдет к Шереметевым.

Мы идем по правой стороне Романова переулка от Воздвиженки.

– Прямо напротив церкви старый господский дом Шереметевых. Он выходит боковым фасадом на Старый Ваганьковский переулок, а перед парадным фасадом впоследствии, в 1928 году, будет выстроена Кремлевская поликлиника. Пространство между университетом и нынешним деловым центром «Романов двор» – это университетская земля. И последнее здание, которое выходит на Никитскую углом, – это дом профессоров московского университета.

Тут мы разворачиваемся и идем в другую сторону.

Первый дом с правой стороны, усадьбу Апракcиных, построил архитектор Казаков. Там располагался истфак МГУ, а напротив, в доме профессоров университета, жил знаменитый историк Василий Ключевский. Дальше идет бывший доходный дом, потом еще один, и заканчивается Романов переулок остатками имения Шереметевых, которое полукруглым эркером и ротондой выходит на Воздвиженку. Сейчас там находятся подразделения стройкомплекса Москвы – департамент развития новых территорий и Москомстройинвест.

А вот в бывшем доходном доме № 5 и находится наша редакция. Вход на территорию «охраняют» два льва. Носы у них натерты до блеска, видимо, москвичи загадывают желания. А по утрам перед тем, который справа, всегда лежит кучка монет...

Елизавета Лихачёва смеется.

– Этот дом был предназначен для военачальников. В 1937 году выбирается место под строительство Министерства обороны. Сооружение возводят на месте Александровского военного училища, которое занимало квартал между Знаменкой и Знаменским переулком – и первые, кого селят в Романов переулок, – это военачальники, а партийная элита выбирает себе Дом на набережной и селится туда. Дом № 5 спроектирован архитектором Николаем Чернецовым в стиле позднего модерна и построен в 1913–1915 годах. В годы советской власти здесь проживали: Михаил Фрунзе, Андрей Жданов, Алексей Косыгин, Георгий Жуков, Константин Рокоссовский, Климент Ворошилов, Семен Будённый, одним из самых известных резидентов этого комплекса был Никита Хрущев.

Мы дошли до конца Романова переулка, на противоположной стороне Воздвиженки – Музей Щусева.

Расскажите подробнее о вашей вотчине.

– Здесь был государев аптекарский двор. Его территория вместе с огородом находилась между Воздвиженкой и Знаменкой. За зданием были кухня, конюшни – приблизительно утам, где сейчас стоит флигель «Руина», а дальше шел большой парк с огородом, там выращивались растения, из которых делались лекарства и какая-то еда. В начале XVIII века аптекарский огород отсюда выводят, и земля остается пустой. Ее владельцы меняются, потом она уходит обратно в казну, владельцем становится царевич Вахтанг, получивший ее под грузинское посольство при московском дворе. Следующий хозяин усадьбы – поручик Талызин, участвовавший в дворцовом перевороте, в результате которого на трон взошла Екатерина II. Он быстро делает карьеру и, уйдя в отставку, получает здесь кусок земли. Он-то и строит дом, который стоит здесь до сих пор. Здание, конечно, очень сильно перестроено, и хотя оно попало в знаменитые казаковские альбомы (куда внесены наиболее значительные московские сооружения), – это не дает основание полагать, что оно было построено Матвеем Казаковым. Скорее всего это был архитектор из круга Казакова, но почти вся строительная документация этого периода сгорела в пожаре 1812 года. Поэтому сегодня точное авторство установить невозможно. Этот район очень сильно пострадал в те годы. Также невозможно установить, строил Баженов, например, дом Пашкова или нет, – это ничем не подтверждено. Нет ни одного документа.

Значит, ваше здание было построено в конце XVIII века?

– Да, приблизительно в 1778–1780 годах. После Талызина дом принадлежал семье Устиновых, здесь был модный салон, где часто бывал Пушкин, другие известные поэты, писатели. В середине XIX века Устиновы продали здание, оно вернулось в московскую казну, и здесь размещалось московское казначейство. В главном корпусе усадьбы располагались присутствие и квартиры начальников московского казначейства. В аптекарском приказе и в подвалах под нынешней «Руиной» были склады – золотой, ассигнационный и серебряный соответственно.

В 1917 году происходит революция, московское казначейство закрывают, и после этого здесь поочередно располагается несколько советских организаций. Первой из них становится секретариат ЦК партии. Здесь работают секретарь ЦК Иосиф Сталин и его заместитель Вячеслав Молотов. Секретариат работал здесь до конца 1919 года, потом тут был Госплан, а в конце 1920-х – коммунальные квартиры. В1945 году Алексей Щусев, советский архитектор, выступает с идеей создать в этом здании Музей русской архитектуры, и Молотов подписывает указ о его создании – копия висит у меня в кабинете.

Вы стали директором музея два с половиной года назад, в каком состоянии вам досталось здание?

– В плохом, здание уже 60 лет без капитального ремонта, но чтобы привести его в порядок и приспособить в должной мере под музейные нужды, надо вынести отсюда фонды. И это проблема – куда? Мы пытаемся, конечно, локально что-то сделать, но вообще, здание надо закрывать на реконструкцию.

Как обычно строится ваш рабочий день, какие вопросы приходится решать?

– Утром я приезжаю на работу – несколько встреч, потом пара писем, приходится решать в основном хозяйственные вопросы, финансовые, определение выставочной политики, хотя она определяется сама собой.Это своего рода рефлексия общества на окружающую действительность. Специфика моей работы состоит в том, что директор музея – это не научная единица, приходится решать массу хозяйственно-бытовых проблем.

Вы любите свою работу?

–Я люблю искусство и архитектуру,

по архитектуре можно читать города. Людей может подвести память,
а архитектура никогда не соврет.

Какие экспонаты музея самые ценные?

– У нас все экспонаты ценные. Я не очень люблю разделять их по категориям. Музей – это не сборник самых ценных артефактов. Мы храним все, что не смыли пески времени. Можно сказать, что графика советского модернизма менее ценна, чем графика XVIII века? Нельзя, потому что это тоже уже история.

Есть у вас любимые места в Москве?

– Нет, я люблю Москву вообще. У меня нет каких-то мест, куда я хожу чаще, чем в другие. Мне просто нравится жить в Москве. Я считаю, что это потрясающий город, один из лучших городов мира. Для меня это лучшее место на Земле.