В Сокольники на ваньке с самоваром - Московская перспектива

В Сокольники на ваньке с самоваром

В Сокольники на ваньке с самоваром
В Сокольники на  ваньке с самоваром
Праздновать Первомай в подмосковных рощах москвичей приохотили жители Немецкой слободы

Московские топонимы «Сокольники», «Сокольничья роща» и «Сокольничье поле» (так некогда называлась просторная местность севернее улицы Гаврикова) известны с давних пор. Когда-то в этих местах жили ловчие-сокольники, выпускавшие на поле для специальной охоты соколов. Со времен Петра I московские немцы отмечали свой праздник Первомай в Сокольничей роще, которая была частью Лосиного острова, где и получили прописку «немецкие станы». Сегодня их можно обнаружить лишь на старых картах Москвы.

Откуда взялся остров?

Сокольничья роща была частью Лосиного погонного острова. Еще в дореволюционные годы весь огромный массив росших деревьев отнесли к заповедным. Но почему с ним связано слово «остров»?

Оказывается, по специфическому выражению охотников, отдельно стоявший большой лес назывался «островом».

Лосиный остров начинался от московского Камер-Коллежского Вала, шел по левой стороне реки Яузы, на 17 верст в длину и от одной до пяти верст в ширину. В нем по большей части росли «игольчатые» деревья: сосны и ели. Весь остров высоко ценился по своему строевому лесу.

Царям, проживавшим в Москве и обремененным непростой работой на ниве государственного правления, без сомнения, требовался интересный досуг. Недалеко от города, в Сокольничьей роще, государи всячески развлекались на звериной и соколиной охоте.

Особенно в этом преуспел царь Алексей Михайлович, а вот его сын Петр такое времяпрепровождение не любил и даже, забыв о том, что принижает авторитет батюшки, говаривал, что убивать дичь – занятие для холопов, а вовсе не царское. Петр всегда стремился свободные минуты использовать для знаний и развития ума, чтобы применить их на практике для блага Отечества. На излишнее баловство времени не хватало.

Палаточный круг с рогатками

Вблизи местности, где позднее образовалась Сокольничья застава, находился дом с башней главного ловчего, а вокруг дома ритуально расставляли палатки для царской (допетровской) охоты.

Когда царь с семейством выезжал в Лосиный остров на охотничью потеху, для него ставили специальную палатку из золотой парчи, подбитой соболями. Для царицы уже другую – из серебряной парчи с горностаями, для царевичей и царевен – глазетовые. Вместе их нарядные палатки составляли большой круг. По этой причине в более поздние годы центральное место отдыха горожан в Сокольниках стали называть «кругом».

Когда охота царей и вельмож была продолжительной, посреди палаток водружалась небольшая походная церковь. На ружейный выстрел от палаток ставились заграждения – «рогатки». При них непременно дежурила бдительная царская стража.

Издавна в Сокольничьей слободе в небольших домиках жили лесничие, охотники, воспитатели и хранители соколов. На Сокольничьей улице находился только один слободской каменный дом, в котором помещалось отделение Тайной канцелярии, а вблизи него – Казенный фуражный двор.

В Москве русское сильнее!

Во времена правления Петра в Сокольниках ежегодно стали устраивать праздничный сбор жителей немецкой слободы, а других праздников здесь долгое время вовсе не было. Это сокольничье первомайское гулянье городских иноземцев понравилось коренному московскому люду. И 1 мая, получая радость от первых теплых дней, в Сокольники стекалась большая масса народа.

Мне кажется интересной такая деталь: праздничный день 1 мая в чужеземной стороне наступал после предшествующей ему Вальпургиевой ночи и отсчитывался по григорианскому стилю. В Москве же жили по датам старого (юлианского) календаря, действовавшего тогда во всей России. То есть наш Первомай не совпадал с европейским.

Москвичи не ломали русские даты. Да и московским немцам это было на руку. Им в Петровское время неслыханно везло, так как они могли с разницей около двух недель дважды отмечать свой праздник.

Аренда казенной земли

В начале XIX века Сокольничий лес стали называть «лазаретным», потому что московские врачи рекомендовали болеющим пациентам каким-то посильным образом определяться в Сокольники на проживание.

Вследствие этого в сухой и здоровой местности в 1820-х годах начали сооружать дачи. Обыватели арендовали их на земле, принадлежавшей Кремлевской экспедиции.

Несколько дач около Камер-Коллежского Вала одним из первых выстроил камергер господин Берхман. Окончание широкого строительства Берхман отмечал на открытом воздухе со своими друзьями, знакомыми и родственниками.

Собралось немалое общество из московской знати. На этом празднике дамы, одетые в костюмы амазонок, вместе с кавалерами на лошадях исполняли под музыку фигуры модной французской кадрили. Конечно, показывалась и верховая карусель.

Бывало, что более простое московское семейство изъявляло доброе намерение устроить в Сокольниках чаепитие на свежем воздухе. Тогда эти горожане с немалыми хлопотами, на ваньке (грузовом извозе), привозили с собой столы, стулья, самовары, посуду и прочую утварь.

Все они располагались или около тихой Яузы, или у колодца рядом с Ширяевом полем. В обиходе этот источник чистейшей воды в Сокольниках назывался «котелок».

Непохожие рощи

В Сокольниках на первом месте были природные радости: свежий воздух, сосны, очаровывавшая абсолютно всех тишина. И «сильные московского мира» горожане стали хлопотать о более фундаментальном вторжении в пределы казенного заповедного пригорода. Всеми правдами, неправдами и уловками происходил переход из арендного пользования землями к частному их владению.

Вскоре москвичи-толстосумы начали возводить и обустраивать в Сокольниках свои вычурные дачи, многие из которых походили на дворцы.

Предполагая получение доходов, не остались в стороне и шустрые простолюдины. Ведь там, где кучкуются зажиточные люди, возникает широкая сеть их обслуживания. Лавки разных продаж, разнос товаров, мастерские, врачи, няньки для детей, кухарки, какие-то едальни заняли свои позиции в этом крае.

Помимо разносной торговли немалым успехом в Сокольничьей роще пользовалась самоварная торговля. Но не стоит предполагать, что это широкое дело лишь так безобидно называлось, а на самом деле оно прикрывало пьяниц. Подобная слава была закреплена за мелкими предпринимателями во многих других местностях. Здесь же такого никак не бывало. В Сокольниках сложился культ именно добрых семейных чаепитий. А для своих пьяных посиделок и разборок оборванцы и босяки с самого московского дна облюбовали Марьину Рощу с ее «райками». Там они с особой радостью веселились в начале лета, на семицкой неделе, шумно пели, азартно играли и заламывали березки.

Две соседние рощи Лосиного острова – Сокольничья и Марьина – были такие разные!

Не зря между ними твердой границей прошла линия Николаевской железной дороги. Правда, уже забылось, что на прокладке «чугунки» по московской земле было загублено большое количество деревьев. Исчезла и широкая роща, хранившая легенды о песнях Семика и о частых нападениях на путников разбойников и разбойниц.

Дотошный историк, вглядывающийся в картинное изображение стародавнего московского гулянья, по составу и одежде посетителей, по наличию (или отсутствию) людей в котелках и военных в форме безошибочно может назвать местность развлечения: Сокольники или Марьина Роща.