Самоизолироваться из Москвы на море: четыре истории о людях, которые предпочли уехать на юг в условиях пандемии и карантина - Московская перспектива

Самоизолироваться из Москвы на море: четыре истории о людях, которые предпочли уехать на юг в условиях пандемии и карантина

Самоизолироваться из Москвы на море: четыре истории о людях, которые предпочли уехать на юг в условиях пандемии и карантина
Самоизолироваться из Москвы на море: четыре истории о людях, которые предпочли уехать на юг в условиях пандемии и карантина
Пока столица изнывает от сидения дома, находятся смельчаки, которые решаются на побег из мегаполиса в более благоприятные южные регионы, номинально закрытые для туристов, но куда на самом деле можно попасть. Мы поговорили с беглецами, чтобы выяснить, как у них это получается и к чему приводит

Командировка с духовной практикой

Наталья В. — художник, она училась и работала в Нью-Йорке, последние годы живет в Москве, потому что, как ей кажется, здесь художнику проще. В самом начале карантинных мер она уехала в Воронежскую область к друзьям, чтобы не сидеть в заточении в московской квартире. За городом никаких масок носить никто не обязывал, — в окружении леса такой необходимости и не было.

Перед майскими к ним в гости приехал знакомый автостопщик — он с ноября путешествовал по России, весной решил вернуться в Крым, где проводит теплое время года. Он живет на горе Бойка, которую называют Крымской Шамбалой. «У него там палатка, он водит людей по горам по своим маршрутам, занимается духовными практиками. Крымской прописки у него нет, у него вообще нет прописки, он свободный человек. Но сейчас свободным быть не легко. Мой воронежский друг решил помочь ему, сделал от работы командировочные документы на себя и на меня, и мы официально отправились в Крым», — рассказывает Наталья.

По дороге машину останавливали три раза, сначала на въезде в Краснодарский край, который, как и Крым, закрыт для туристов, затем на посту ближе к Таманскому полуострову, и потом на выезде с Крымского моста. Последняя остановка оказалась самым сложным испытанием. Документы проверили у всех троих путешественников, но поскольку в машине нашелся человек без паспорта, их развернули, несмотря на мольбы пропустить. Правда, рассказ о духовном пути пассажира без документов тронул одного из полицейских, и он вполголоса сказал, что в 7-30 будет пересменка. Подождав до положенного времени, путники преодолели кордон.

«Мы двинулись в сторону Коктебели, остановились там у знакомого. Отели в Крыму закрыты, но в частном секторе всё проще. Если ехать, надо договариваться, и наверняка найдется какой-то вариант. На следующий день мы поехали в Евпаторию, там были вещи нашего друга. Очень странно видеть все крымские города пустыми, кафе закрытыми. Правда, придорожные магазинчики работают. Пару раз нам удалось найти и работающие кафе. Они стоят на дорогах, и как бы закрыты, но около них на листочках А4 написано: «Мы открыты, стучитесь», — рассказывает Наталья.

WhatsApp Image 2020-05-10 at 16.07.28.jpeg

Главная мысль, которая, по словам Натальи, волнует сейчас крымчан, будет ли туристический сезон. Местная экономика целиком зависит от гостей с материка: «Мы оказались одними из немногих, кто прорвался в Крым. Местные смотрели на нас как на героев. Конечно, они боятся, что им привезут вирус, поэтому все стараются держать дистанцию. Но в масках тут ходят очень мало людей. Правда, с 12 мая вводится обязательный масочный режим. Риск заразиться, наверное, всегда есть, но любые болезни начинаются с головы», — считает Наталья.

Бизнес-классом к семье

Месяц назад владелец сети флоат-центров City Float Наиль Гареев отправил жену с детьми к ее родителям в Феодосию. Одиночество первое время доставляло удовольствие, появилось время на книги и кино. Однако затем, когда все рабочие вопросы были решены, времени оказалось уже с избытком. Правда, пожилые родственники, да и сам Наиль опасались поездки — в Москве ежедневно фиксируется больше 5 тысяч случаев заражения коронавирусом, и каждый человек из столицы под подозрением.

95780150_3777429518966005_7548786394341048320_n.jpg

Изучив варианты тестирования на вирус, Наиль остановился на тесте ПЦР, который определяет наличие болезни в текущий момент. Можно сдать и на антитела, но, как показывают исследования, далеко не у всех переболевших появляется иммунитет к заразе. Наиль сдал тест в АО Медицина, заплатив 4700 рублей за скорость — результаты должны были прийти через 8 часов. Не дожидаясь письма из лаборатории, Наиль поехал в аэропорт и сел в самолет. Потратив 15 тысяч миль из накопленных ранее и заплатив 4 тысячи рублей, он полетел бизнес-классом, чтобы не контактировать с другими пассажирами и обезопасить крымских родственников.

Любые опасения по поводу аэропорта оказались напрасными — там было безлюдно. Те редкие пассажиры, которые все же собрались куда-то отправиться, ходили в масках. В Симферополь летает печально известный Sukhoi Superjet 100. Сев в самолет, Наиль успел выпить первый бокал шампанского в просторном кресле бизнес-класса, а затем командир экипажа объявил, что самолет не полетит. Всех высадили обратно, и после часа ожидания посадили в другой точно такой же Sukhoi Superjet 100, которому все же удалось преодолеть технические сложности. 

Полет прошел нормально, в Симферополе в салон зашли работники аэропорта, замерили всем температуру, и пассажиры смогли переместиться в зал со столиками, где надо было заполнять анкеты, указав цель визита: «Я подготовился по полной, взял документы на собственность в Крыму, сделал себе командировку — у меня действительно был один деловой вопрос, который надо было решить тут, на месте. С анкетой пришел к работникам полиции, они посмотрели и сказали: Вы только учебу не отметили (в анкете надо указать, едешь ли ты домой, навестить родственников, работать или учиться). Попросили показать документы на собственность, и отпустили. У меня был еще один козырь в рукаве — результаты анализов, — коронавируса не нашли», — рассказал Наиль.

Приехав в Феодосию, Наиль смог пройтись без какого-либо пропуска по пустынному городу. Кафе здесь закрыты, но на вынос можно взять очень достойный кофе. Наиль и его семейство гуляют по горам, любуются весенними крымскими пейзажами, цветением мака — все это дает ощущение, что поездка была не напрасной.

96291509_551893018863213_8371242274696200192_n.jpg

Масками в Феодосии почти никто не пользуется — только таксисты, которые при этом первым делом заявляют, что коронавирус — миф, и на самом деле его нет.

На поезде из тесноты

С Казанского вокзала в 23-45 по Москве в Симферополь отъезжает современный состав с двухэтажными вагонами «Таврия». Это сейчас единственный поезд, который связывает столицу и полуостров. Медицинский журналист Ксения Боровинская, автор телеграм-канала о гендерно-нейтральном воспитании «Так геями и становятся», в начале мая села в этот поезд и поехала в Крым. До этого она прожила в самоизоляции с тремя детьми полтора месяца. 

Во время московского заточения раз в неделю она отправлялась в магазин за продуктами и выносила скопившийся мусор: «Поскольку никто никуда не ходил, мусор целую неделю стоял в прихожей у входной двери», — рассказывает Ксения. 

Первые две недели показались ей прекрасными. Особенно усиливалось ощущение домашнего комфорта и тепла, когда погода за окном портилась. Книжки, кино, удаленная работа рядом с детьми — жизнь, о которой прежде лишь мечталось. Однако постепенно рай превратился в ад. Маленькие дети плакали из-за того, что не могут выйти на площадку у дома, старшая 13-летняя дочь решила, что мама придумала коронавирус, чтобы не пускать ее гулять и ходить по гостям. Пришлось давать ей читать новости.

В какой-то момент Ксения начала искать дома в Подмосковье, но имеющиеся варианты оказались либо дорогими, либо некомфортными. В один из самых мрачных дней Ксении позвонила подруга, которая уехала в Крым еще до разгара эпидемии, и рассказала, что там прекрасно, никакой паники нет, людей мало: «У меня родители живут в Сочи, я изучила, что можно снять в Крыму и что в Краснодарском крае, - выяснилось, что Крым по всем показателям в два раза дешевле. Очень быстро я купила билеты на поезд, — посчитала это самым безопасным вариантом, — мы собрались за пару дней и поехали. Билеты были куплены на 1 мая, а 29 апреля Крым закрылся для туристов — все, кто не имеет объективных оснований находиться на полуострове, должны в обязательном порядке отправиться в обсерватор. У меня своего дома в Крыму нет, командировку сюда я также оформить не могла бы, поэтому ехала на свой страх и риск, но я набрала такой разгон в приготовлениях, что меня ничто не могло остановить. Я даже морально была готова принудительно провести две неделе в обсерваторе, тем более выяснилось, что он бесплатный», — говорит Ксения.

В Крыму она не была десять лет, после присоединения полуострова к России решила, что больше никогда сюда не вернется, но тут сказала самой себе, что это было ее решение, и кто как ни она сама имеет право его изменить.

photo_2020-05-08_12-42-25.jpg

В поезде Ксения обдумывала предстоящую жизнь в принудительной обсервации, в итоге собрала детей и вышла на маленькой станции за пару остановок до столицы Крыма. Там не оказалось ни полицейских, ни дежурящих медиков, которые схватили бы шального туриста и отправили бы его в карантин. Еще из поезда она заказала такси и за три с половиной тысячи рублей доехала до Гурзуфа, где заранее арендовала дом. Два этажа, большой внутренний двор, нависающие горы и море в 15 минутах ходьбы — за прелести этой жизни пришлось заплатить скромные по московским меркам 35 тысяч рублей: «Самоизолироваться на необходимые две недели здесь — счастье. Первый день я просто плакала от облегчения. Вдыхала полной грудью запахи цветущих растений, слушала пение птицы», — рассказывает Ксения.

Анкеты для приезжающих раздают проводники в поезде. Там нужно указать адрес крымского проживания и оставить все контактные данные, — по идее, следить за соблюдением правил должны сотрудники Роспотребнадзора. Правда, за первую неделю самоизоляцию московского семейства так никто и не проверил.

photo_2020-05-08_12-44-55.jpg

В Крыму Ксения собирается провести как минимум три месяца. Собственную квартиру в Москве она пробует сейчас сдать. Для Ксении побег в Крым — не отпуск — она продолжает дистанционно работать (интернет здесь достаточно стабилен, можно даже делать видеозвонки). Если в Москве дети сидели в тесной квартире, то в Крыму они бегают по дворику, загорают на солнце и довольны жизнью. Ни единой минуты Ксения не жалеет о всех сложностях, через которые пришлось пройти, и рисках, которые пришлось на себя принять.

Сочинский обсерватор

Сергей решил уехать из Москвы в Сочи. Еще до карантина он отправил сюда жену, потерявшую обе работы, —  для нее сидение в Москве перестало иметь какой-либо смысл. Она аллергик — а на море цветение переносится легче. Зная о том, что Москва воспринимается региональными властями как источник заразы, Сергей доехал до Калуги и полетел оттуда. На момент вылета это было правильным решением, но пока самолет летел в Сочи, правила поменялись, изолировать постановили всех неместных, так что взломать систему не удалось: «Нас на рейсе было менее 20 человек. Я и одна девушка с почетным эскортом из полицейских были доставлены в обсерватор. При этом в аэропорту температуру нам не мерили, за столами сидели 3 дамы в халатах, они записывали информацию обо всех прилетевших, сочинцев отправляли по домам, с пропиской других регионов — в обсерватор. Любые доводы (например, у моего соседа по палате здесь 2 квартиры в собственности и он даже правоустанавливающие документы показывал) — им побоку», - говорит Сергей. 

sqH1lmv5iQA.jpg

Обсерватор располагается в отеле «Бархатные сезоны». Его построили в преддверии сочинской олимпиады, это огромный комплекс пятиэтажных зданий почти на 4700 номеров. Сейчас он активно заполняется нарушителями карантинного режима. По наблюдениям Сергея, в день в обсерватор попадает примерно по 500 человек.

Жизнь тут не вполне курортная — в 15-метровый номер Сергея поселили с двумя незнакомыми мужчинами. Он прилетел в Сочи один, поэтому с пожеланиями относительно соседства никто не считался. По словам Сергея, семьи размещают здесь в отдельные номера, а вот кто окажется соседом у одиночки — лотерея. К примеру, вместе поселили двадцатилетнюю девушку и даму в возрасте после инсульта, которая, ссылаясь на свою язву желудка, стала забирать у молодой соседки понравившуюся ей еду. После двух дней скандалов в палату пришла медсестра и перевела девушку в другой корпус.

Гулять здесь формально нельзя, но по факту можно: «Все ходят курить на лестницу и по коридорам, заходят друг к другу (если хозяева не против). Нельзя только на улицу — росгвардейцы сразу загоняют обратно», — рассказывает Сергей.

Обсерватор — не больница. Здесь вместо врачей — росгвардейцы, которые не дадут сбежать. Первое время они ходили без оружия, но сейчас им выдали дубинки (видимо, власти опасаются роста недовольства среди изолированных). Регулярных обходов врачей тут нет, температуру не меряют: «Если долго надоедать росгвардейцам просьбами, то рано или поздно (обычно через день) приходит врач и может тебе померить давление. Лекарств никаких нет. Предлагают заказывать необходимое в аптеке с онлайн оплатой и доставкой. Анализы на коронавирус берут перед заселением и через 10 дней», — говорит Сергей.

Единственное, что ему нравится в обсерваторе — еда. Кормят 3 раза в день столовской едой в пластиковых контейнерах. Всегда дают хлеб, пакетик чая, сахар, пластиковые приборы, компот и 0,5 воды. На завтрак готовят кашу, омлет с сосисками, дают соленую булку с повидлом. На обед тут суп, второе (макароны с котлетами, пюре с азу и т.п.), салат и яблоко. На ужин салат и вторые блюда. «Не ресторан, но в целом приемлемо», — считает Сергей.

В остальном до курортной жизни узникам «Бархатных сезонов» далеко. Номера не убирают, белье и полотенце (одно, но большое) меняют раз в неделю. Правда, шампунь, мыло, гель для душа, мусорные пакеты в наличии всегда. Получить передачу с воли можно 2 раза в неделю и только с 15:00 до 16:00. Алкоголь под запретом — это контролируется очень жестко, — открывают все закрытые ёмкости. Проблемы и с интернетом — хотя телефон ловит wi-fi, но сетевой доступ отсутствует.

Ехать куда-либо из Москвы в нынешних условиях, разумеется, риск, который не каждый может себе позволить. Однако свобода - та ценность, за которую многие из нас готовы бороться, вопреки всем обстоятельствам, доводам разума и предписаниям властей. Плохо это или нет, сложно судить - вопрос не имеет однозначного ответа. Главное при этом - минимизировать риск заразить окружающих и быть готовым к принудительной изоляции по приезду.