Манифест нового стиля
Ровно 90 лет назад, 10 июня 1925 года, состоялось открытие Международной выставки современных декоративных и промышленных искусств в Париже. Настоящую сенсацию на ней произвел деревянный павильон СССР, построенный по проекту москвича Константина Мельникова. В этот день архитектура советского авангарда вышла на международную арену.
Парижская выставка стала первым крупным смотром европейского искусства послевоенного времени. Приглашение принять в ней участие пришло в Москву в ноябре 1924 года, сразу после установления дипломатических отношений между СССР и Францией. Времени на подготовку оставалось мало, но руководители страны решили, что нужно показать миру наши достижения. Подобные форумы всегда имеют к тому же политическое значение.
Советская делегация привезла во Францию среди прочего образцы театральной сценографии, дизайнерскую мебель, книжную графику, рекламные плакаты и фильм Эйзенштейна «Стачка». Особое внимание уделялось павильону СССР. Он должен был символизировать новое пролетарское искусство, воплощать его основные принципы. От архитекторов требовались новизна решения, функциональность и экономичность. В короткие сроки был проведен конкурс, в котором приняли участие как мэтры – Владимир Щуко, Иван Фомин, так и более молодые архитекторы, адепты зарождающегося нового стиля – братья Веснины, Николай Ладовский, Илья Голосов. Был среди участников и Константин Мельников, чей новаторский павильон «Махорка» на сельскохозяйственной выставке в Москве в 1923 году многим понравился. Именно этому мастеру отдало победу жюри под председательством Анатолия Луначарского (в состав его входил и Владимир Маяковский). Мельников сразу выехал в Париж для строительства.
На павильон из бюджета выделили всего 25 тыс. рублей. Для сравнения: облицованный различными породами мрамора павильон Италии стоил в 10 раз дороже. Примерно в такую же сумму обошелся и павильон Великобритании, призванный воплощать ее имперскую мощь, но ставший, по оценке архитектурных экспертов, самым безвкусным на выставке. Мельников же решил поразить посетителей не роскошью отделки, а новаторскими пространственными решениями. Работа архитектора осложнялась тем, что выделенная организаторами территория была мала и неудобна для строительства, к тому же через площадку проходили трамвайные пути. Несмотря на трудности, строители сумели в точности реализовать проект Мельникова.
Строгий и функционально выверенный павильон представлял собой легкую каркасную двухэтажную постройку с остеклением большей части наружных стен. Прямоугольное в плане здание перерезалось по диагонали ведущей на второй этаж открытой лестницей, над которой было сооружено перекрытие в виде наклонных перекрещивающихся деревянных плит. Справа от лестницы Мельников расположил вышку-мачту, увенчанную серпом и молотом. Автор продемонстрировал здесь новые принципы архитектурного мышления, взяв за основу не фасад, а диагональ здания. Используя ее, архитектор вытянул здание по самой длинной линии в прямоугольнике и добился успеха самыми простыми и естественными средствами.
Открытие павильона стало важнейшим событием выставки, он удивил и восхитил многих. После церемонии открытия президент Франции Гастон Думерг первым делом отправился осматривать именно павильон СССР. Здесь побывали министры, деятели культуры, советский посол Леонид Красин, многочисленные журналисты. Знаменитый Ле Корбюзье говорил, что советский павильон – единственный, на который стоит смотреть на этой выставке. Искусствовед Гастон Варен обратил внимание на подчеркнутую декоративность и театральность павильона Мельникова: «Разве искусство театра не самое великое национальное искусство России? Оно дает сильные эффекты, которые поражают массы». А один из парижских газетчиков усмотрел в архитектуре советского павильона… очертания гильотины. Поистине, французы не забыли основное орудие своей революции.
Многие наблюдатели видели в этом павильоне манифест нового искусства и новой жизни. Видный литературовед, член советской делегации Павел Коган отмечал: «Это не выставка экспонатов, а показательное здание, воплощение быта». Предметы нового быта демонстрировались здесь же, под сводами павильона. Особый интерес публики вызвал «Рабочий клуб» – общественное помещение новаторского типа, спроектированное Александром Родченко. Он в то время увлекался созданием многофункциональных предметов для повседневной жизни и общественных зданий, входил в Объединение современных архитекторов. Его клуб включал библиотеку, доску объявлений, трибуну оратора, «ленинский уголок», шахматный столик, причем все элементы были трансформерами. Особенно впечатлило посетителей устройство для автоматической верстки стенгазет. Парижское жюри присудило Александру Родченко серебряную медаль выставки за яркий дизайн мебели, плакатов и книг. Позже «Рабочий клуб» был подарен французской компартии, а во время Второй мировой войны он сгорел.
Еще более коротким оказался век павильона СССР: после окончания выставки его разобрали. Но принципы, заложенные Константином Мельниковым, легли в основу советского конструктивизма и ряда направлений европейской архитектуры. Павильон СССР на Парижской выставке стал знаковым явлением, символом прорыва к новым идеям и формам. Недаром стиль ар-деко иногда в литературе называют еще и «стилем 1925 года».
