Дело опального москвитянина - Московская перспектива

Дело опального москвитянина

Дело опального москвитянина
Дело опального москвитянина
Первопечатнику Ивану Фёдорову пришлось путешествовать как при жизни, так и в виде памятника

Ровно 455 лет прошло с тех пор, как в Москве вышла первая русская печатная книга «Апостол». Напечатана она в марте 1564 года Иваном Фёдоровым и Петром Мстиславцем. Первопечатнику Ивану Фёдорову в Москве поставлен памятник. Статую рабочего-новатора и печатных дел мастера установили вблизи Владимирских ворот Китай-города в 1909 году.

Сегодня мы рассказываем, какие перипетии пришлось претерпеть как самому типографу, так и впоследствии его изваянию.

Борьба за дело и за жизнь

История мемориального изваяния Ивана Фёдорова (годы жизни: 1510–1583) началась с письма председателя Московского археологического общества графа А. Уварова от 24 июня 1870 года «О пожертвованиях на сооружение памятника типографу, дьякону» московскому генерал-губернатору.

Известно, что типограф Фёдоров находился в духовном сане при церкви Николы Чудотворца Гостунского, когда-то стоявшей в Кремле на Царской площади. Иван имел фамилию (или прозвание) Москвитянин. Он был «сын Фёдоров» (то есть Фёдорович – его отчество).

Иван сын Фёдоров Москвитянин вместе с помощником Петром Тимофеевым Мстиславцем к 1 марта 1564 года отпечатал на станке первую русскую книгу «Апостол». Предположительно свои знания Фёдоров получил от итальянцев, так как печатные приспособления называл на итальянский манер.

Книгопечатание повлияло на судьбы двух первых его мастеров. Началась борьба за выживание – со стороны переписчиков. Те увидели в новом деле недобрую перспективу для собственных заработков.

Вот слова, сказанные Иваном Москвитянином, попавшим в опалу: «Зависть и ненависть нас от земли и отечества и от рода нашего изгна и в ины страны незнаемы пресели». Печатникам пришлось, спасаясь, бежать и жить в других краях.

Печатный двор был подожжен завистниками и конкурентами. Не уцелел и уникальный печатный станок, сгорев в огне, устроенном, вероятно, духовенством.

После бегства

Москвитянин вместе с сыном и Мстиславцем бежали в Литву. Затем они перебрались во Львов. В 1579 году Фёдоров был вынужден свой новый печатный станок, со шрифтом и другими печатными принадлежностями, а также 140 экземпляров печатных книг заложить под проценты местному дельцу Израилю Якубовичу. От Якубовича Фёдоров получил 411 польских злотых.

Потом первопечатник и его сын отправились в Волынь – в город Острог, куда его вызвал знаменитый деятель и защитник православия в западно-русском крае князь Константин Острожский. По заказу Острожского Иван Фёдоров напечатал Библию. Но и это достатка не принесло. Заложенное Иван не смог забрать обратно себе. Из Острога он возвратился во Львов, стал проживать вблизи этого города – в Подзамчье.

Умер Иван Фёдоров в крайней нужде. Его похоронили во Львове, на кладбище Онуфриевского монастыря.

Для львовской типографии

В 1584 году сын Ивана Фёдорова, чтобы вернуть заложенное отцовское имущество, судился с Израилем Якубовичем. Тому способствовали московские торговцы, желавшие купить редкий станок со всеми принадлежностями и переправить их в Москву. Но здесь львовский епископ Гедеон Балобан, из-за местных церковных нужд и из уважения к трудам Москвитянина, решил сам выкупить печатный станок и книги Фёдорова.

Епископ обязался уплатить долг Ивана и наросшие на него проценты, что в сумме составило 1500 злотых. Для этого он обратился к православным львовским жителям с грамотой от 8 ноября 1585 года, прося о денежной помощи и разъясняя важность покупки. Деньги на перспективное дело собрали и все печатные принадлежности первопечатника выкупили. На их основании в 1586 году была открыта братская львовская типография. Впоследствии Львовское братство в память об Иване Фёдорове, немало сделавшего для западно-русского православия, устроило на его могиле надгробный камень. На камне изобразили герб мастера и выбили надпись о значении трудов покойного для их края: «Друкарь книг пред тым невиданных» и «своим тщанием друкование занедбалое обновил». К общему огорчению здраво мысливших людей, надгробный камень во времена преобладания в округе католической веры находился в «занедбалом» (небрежном) состоянии. Его даже употребили для замощения паперти при церкви святого Онуфрия, и он долго был заставлен скамейками. В конце концов надгробный камень вынесли прочь и разбили на куски.

В бронзе

Возвращаясь к письму с инициативой археолога графа А. Уварова, скажу, что его в 1870 году положили «под сукно» на 32 года.

Только в XX веке журнал «Нива» сообщил: «В Москве в 1902 году решено поставить памятник русскому первопечатнику Ивану Фёдорову, выпустившему первую печатную книгу Московского государства».

По решению городских властей памятнику определили место у стены Китай-города у Проломных ворот, против Рождественки. Был объявлен конкурс при Московском археологическом обществе. Под председательством графини П.С. Уваровой создали комиссию по присуждению премий за лучшие проекты. По условиям конкурса фигура Фёдорова должна была быть по высоте не более трех метров и отлита из бронзы.

На выставку проектов представили 28 работ. Выбор претендента проходил при анонимности авторов. 25 марта 1902 года состоялось заседание комиссии. Лучшей признали работу преподавателя Училища живописи, ваяния и зодчества С. Волнухина. Ему присудили даже две премии: первую – 5000 рублей и вторую – 500 рублей. Второй его памятник изображал сидящего печатника. В обоих вариантах Москвитянин рассматривал оттиск с наборной доски. Третьей премией, в размере 300 рублей, наградили скульптора Н. Андреева и преподавателя Строгановского училища архитектора И. Жолтовского. В их совместной работе первопечатник стоял с книгой в руках.

Нам же в модели Андреева и Жолтовского можно отметить большое сходство печатника со статуей Н. Гоголя работы Н. Томского. То есть в советское время Томский сделал почти полный повтор фигуры первопечатника. Правда, у Фёдорова помимо усов и прически из длинных волос в наличии была еще борода, да и взор героя не устремлялся прямо, в сторону двигающегося транспорта, а был немного опущен.

Затруднением в работе всех конкурсантов 1902 года оказалось то, что не сохранилось ни одного изображения Ивана. Поэтому статуя Фёдорова стала символом человека, заслужившего доброе к себе отношение творчеством и трудолюбием.

Поехали!

Четверть века простоял памятник Фёдорову на первоначально определенном месте. После разбора в 1934 году стены Китай-города вдоль Театрального проезда и слома церкви Живоначальной Троицы в Полях освободилась значительная площадка за спиной статуи. И чтеца-дьякона с оттиском в руках подвинули более чем на 20 метров, в сторону Третьяковского проезда, организовав здесь насыпной бугор и лестничный марш к пьедесталу.

Прошли годы. В начале ХХI века памятник подвергли реставрации.

Мне пришлось видеть, как несколько недель задумчивый Иван Фёдоров стоял без напечатанного оттиска в руках. Его внимательные глаза рассматривали… собственную раскрытую и пустую ладонь. Какие мысли посещали гостей столицы, впервые увидевших странную фигуру? Ведь тогда перед памятником не было ни забора, ни информации о реставрации. Как будто ситуация с протянутой бронзовой рукой была придумана самим Волнухиным.

Когда долгая реставрация была закончена, памятник вновь передвинули. Его местонахождение, подобное «задворкам», привели в фоновое соответствие с поселившимися по соседству бутиками.