«Я готовил себя к любым невзгодам» - Московская перспектива

«Я готовил себя к любым невзгодам»

«Я готовил себя к любым невзгодам»
«Я готовил себя    к любым невзгодам»
Десантник Иван Евстратов сражался в самом пекле страшной Сталинградской битвы

22 июня исполняется 78 лет со дня начала Великой Отечественной войны с фашистскими захватчиками. Все меньше остается ее участников, которые могут поделиться своими воспоминаниями о тех великих и трагических днях. Среди них участник Сталинградской битвы, десантник первого в истории армии парашютно-десантного батальона, инструктор по подготовке первых советских космонавтов, редактор-консультант военной студии документальных фильмов, а также бывший работник стройкомплекса Москвы Иван Евстратов. Такой насыщенной биографии хватило бы на несколько жизней. Но на самом деле прожиты они одним человеком – скромным и чрезвычайно добрым. «Герой?! Да что вы, какой же я герой!» – смущается ветеран.

Счастливая дата

«22 июня у меня день рождения. Я появился на свет в 1922 году в селе Новый Курлак Воронежской области и стал пятым ребенком в семье. А вообще моя мама родила пять дочерей и четырех сыновей, – рассказывает Иван Яковлевич. – С детства помогал родителям во всем. Мой отец был участником Русско-японской и Гражданской войн. Старший брат окончил артиллерийскую школу, участвовал в боях на Халхин-Голе и в 1942 году погиб. Другой брат был авиационным штурманом, старшая сестра во время Великой Отечественной работала бригадиром тракторной бригады.

В 1928 году мы переселились ближе к Борисоглебску, под Воронеж, где была черноземная земля. Вместе с нами переехали тридцать семей, которые создали колхоз имени Молотова. Эту целинную местность мы осваивали.

Безграмотность в деревнях в те годы была фактически поголовная. Для ее ликвидации были созданы ликбезы. Преподавали в них люди, окончившие четыре класса церковно-приходской школы. Я с бабулей, которая ни читать, ни писать не умела, ходил на эти курсы. За три месяца она более-менее этому научилась, а потом вдруг спрашивает: «Внучек, а немецкий будем изучать?» «Зачем?» – удивился я. «Пригодится», – отвечает. «Бабуля, слава богу, что ты хоть по-русски читать-писать можешь!» – засмеялся я тогда…

Потом у нас в поселке организовали четырехлетнюю школу, а семилетка находилась в трех километрах от нас».

Дорога в облака

«Как сейчас, помню 2 августа 1930 года. 12 выпускников Борисоглебского училища совершили показательное десантирование. Тогда я впервые увидел прыжки с парашютом и заболел небом, – вспоминает Евстратов. – Воображая себя десантником, с крыши прыгал, с моста – в нашу речку, хотя плавать толком не умел. Мама с отцом за меня переживали, но не ругали. Отец во время Гражданской войны в Чапаевской дивизии служил и воспитывал в нас отвагу и выносливость. Помню, он говорил: «Ванек, закаляй себя с детства и ни в коем случае не избегай физического труда. В твоей жизни будут и благоприятные, и экстремальные условия. А чтобы выживать в критических ситуациях, нужно готовить себя к любым невзгодам». Поэтому с детства я закалял себя, часто вспоминая его слова».

Став постарше, Иван окончил Воронежский аэроклуб по специальности летчик, инструктор-парашютист. В 1940 году совершил свой первый прыжок и стал в районе популярной личностью. Секретарь комсомола сажал молодого человека в свой лимузин и возил по окрестным совхозам и колхозам в качестве живой рекламы, пропагандируя призыв партии «Комсомол – на самолет!».

Десантная бригада

«22 июня 1941 года в Борисоглебске я с друзьями отмечал свой день рождения. Тогда мы практически не выпивали – готовили себя к трудностям десантной службы. Вдруг по радио зазвучали слова Юрия Левитана: «Внимание, внимание, говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза». Затем нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов объявил о начале войны.

По здоровью я проходил на летчика. Члены комиссии настойчиво предлагали мне «не раздумывать». Я, как мог, упирался, поскольку имел одну мечту – десантные войска. И все же попал по распределению в 1-ю воздушно-десантную бригаду.

В марте 1942 года наш батальон выбросили на Волховском фронте в тыл к врагу. У нас задача была – построить площадку, на которую могли приземляться планеры. Мы прыгали ночью, с минимальной высоты, с принудительным раскрытием парашютов, чтобы фашисты нас не засекли. Командование считало, что в районе нашей высадки окажутся немцы, но их, слава богу, не было.

Удивительно, но в местечке Александрия даже колхоз сохранился. Боеприпасами и продовольствием нас обеспечивали партизанские отряды».

Задание десантники выполнили, и в мае командование приняло решение об их возвращении. Часть батальона вывезли самолетами, часть вышла сама.

Сталинградский тракторный

В середине лета 1942 года десантники прибыли в подмосковную Капотню, где их воздушно-десантную бригаду преобразовали в 109-й гвардейский стрелковый полк 37-й гвардейской стрелковой дивизии, который в августе направили под Сталинград, где разворачивалось одно из важнейших сражений Великой Отечественной.

«4 октября с наступлением темноты, при поддержке женского авиационного полка ночных легкомоторных бомбардировщиков и реактивной артиллерии мы переправились на правый берег Волги. Уже в городе каждый десантник дал клятву, что «согласно велению Родины и народа, дорога назад закрыта – за Волгой земли для нас нет». В то время живучесть солдата в Сталинграде была не более суток. И в ночь на 8 октября полк занял оборону вокруг и внутри тракторного завода. Цеха были замаскированы и освещались слабо. В таких условиях мальчишки Сталинградского ремесленного училища, стоя у станков на ящиках, поскольку роста им пока не хватало, под непрерывным артиллерийским и минометным огнем точили заготовки для снарядов, готовили бутылки с горючей смесью для борьбы с вражескими танками. Женщины в другом цехе занимались ремонтом танков Т-34.

Перед сражением первый секретарь Сталинградского обкома партии Алексей Чуянов приказал отправить женщин и детей на левый берег, в безопасную зону, но все как один отказались. Мне и комиссару Петру Пономарёву приказали сформировать группу истребителей танков из 19 человек. Перед нами поставили задачу сдерживать атаки немцев в течение дня. Помню, получив донесение, старший политрук Петр Иванов, обвешанный гранатами, сказал: «Товарищи, разведка доложила, что на нас идут шестнадцать фашистских танков с десантом из автоматчиков порядка двухсот человек!» А у нас лишь гранаты, бутылки с зажигательной смесью, пистолеты-пулеметы Шапошникова, несколько противотанковых ружей и одна полуразбитая пушка.

Вот тогда начался ад! Нас бомбили, не переставая, целый день. Рушились стены, перекрытия. В воздухе пыль, мрак. Такое ощущение, что наступил вечер.

В перерывах между бомбежками появлялись танки и автоматчики. Практически каждый подбитый танк стоил жизни одного из бойцов отряда. Нашу пушку вскоре уничтожили. А фашистские автоматчики перли и перли. Казалось, что они бессмертные.

Немцы превосходили нас в численности один к десяти, в технике один к двенадцати, но никак не могли прорваться к переправе. От чувства, что мы не сдаемся надвигающейся на нас армаде, наступило состояние эйфории. Мы нападали на врага и тут же уходили от него, перемещаясь от укрытия к укрытию, как кошки. Десантными кинжалами, штыками встречали фашистов, а то и просто руками бросали их через плечо.

Не только наша группа, практически весь 109-й парашютно-десантный полк погиб. Но задачу мы выполнили – немцев не пропустили. Переправили раненых на левый берег и присоединились к нашим, заняв оборону у реки. Я к тому времени уже дважды был ранен. А тут меня одновременно и ранило, и тяжело контузило. Очнулся я в сорока километрах от Сталинграда –в госпитале города Ленинска, в палате для безнадежных. Ко всему прочему я еще брюшной тиф подхватил. Помню, что голова идет кругом, в ушах сплошная музыка и артиллерийская канонада», – рассказывает ветеран.

Парад Победы

Врачи не оставили молодого человека и продолжали выхаживать, за что он им очень благодарен. Иван долго восстанавливался и одолел болезнь. А когда выздоровел, его направили в Нахабино на курсы командиров стрелково-парашютных взводов. Там он и встретил Победу, а 24 июня участвовал в торжественном Параде Победы в Москве.

«В торжественном шаге мы прошли Красную площадь, потом в колонне по улицам столицы. Нас женщины и девушки цветами просто завалили. Я один букет схватил – смотрю, а там записка «Хочу познакомиться с победителем!» и адрес.

Вижу, почерк, вроде, молодой девушки – красивый, но идти знакомиться ужасно боязно, прямо как перед большим сражением. Я непьющий, но немножко принял для храбрости и, собрав всю свою волю в кулак, пошел.

Смотрю, деревянный одноэтажный дом. Подхожу и стучусь. Мне открывают дверь – передо мной капитан, весь в орденах. Я тоже в форме, с наградами и нашивками о ранениях. «Заходи», – говорит. Прошел в комнату, где на столе бутылка «Столичной» и закуска.

«Давай, победитель, а то один сижу, про Парад Победы по радио слушаю. Я от Москвы до Берлина прошел. Как тебя зовут?» – спрашивает.

«Иван, – говорю, – Яковлевич».

«А меня Иван Иванович. Зачем ко мне?»

«Так я по записке!» – И рассказал ему.

Он засмеялся: «Это моя дочка чудит! Давай, дорогой, выпьем за Победу!»

Тот первый тост я никогда не забуду: «Много нас, Иванов, на святой Руси, выпьем сто стаканов, только подноси!» Потом и девушка пришла. В октябре 1946 года мы расписались. Я парашютный шелк достал. Ей из этого шелка свадебное платье и сшили.

Рыцарь неба

В 1953-м Евстратов окончил отделение начальников парашютно-десантной службы Высшей офицерской школы. Служил начальником ПДС, испытывал новые парашюты. Прыгал с 20 типов летательных аппаратов – более 2 тысяч раз с парашютом и 15 раз катапультировался. Затем его перебросили на подмосковную станцию Чкаловская, где в условиях строгой секретности он помогал готовить шестерку летчиков. Как потом оказалось, первых будущих космонавтов Юрия Гагарина, Германа Титова, Павла Поповича и других.

«В 1982 году, оказавшись впервые на Мамаевом кургане, я увидел в списках погибших свою фамилию и попросил и вычеркнуть. Посмотрев мои документы, сотрудники музея сказали: «Ты 11-й в списке погибших, оставшийся в живых!»

Уйдя в звании полковника из действующей армии, я работал редактором-консультантом военной студии документальных фильмов. Участвовал в создании практически всех кинолент о парашютистах, побывал даже на Памире и на Северном полюсе. А перед окончательным выходом на заслуженный отдых трудился несколько лет в одном из строительных подразделений столицы», – рассказывает Иван Яковлевич.

А в день 95-летия поздравить воздушного десантника приезжал лично командующий ВДВ России Владимир Шаманов. К многочисленным орденам и медалям офицера он добавил самую почетную награду десантных войск – орден Рыцарь неба.