«Когда ситуация в мире начнет меняться, Zara и все бренды вернутся»

«Нормативы по парковке можно пересматривать и снижать на треть»

— Как развивается ваше противостояние с маркетплейсами? Кажется, что потребители уже перешли на онлайн-заказы товаров, которые плюс ко всему дешевле, чем в офлайн-рознице. Как решаете эту проблему?

— Развитие маркетплейсов в РФ уже замедляется: их начали регулировать на законодательном уровне. Я имею в виду закон о платформенной экономике, он вступает в силу до конца 2026 года. Да и в целом власти стали пристальнее обращать внимание на онлайн-площадки: так, например, идут проверки на складах, смотрят, кто там работает: самозанятые или нет. Мы сейчас видим у маркетплейсов лишь одно серьезное преимущество — они делают хорошие скидки, которые офлайн-розница не может себе позволить. Но даже по этому вопросу власти их начинают прижимать. То есть возможно, что в перспективе по цене они тоже могут потерять свои преимущества.

— У меня в доме соседняя от входа в подъезд дверь — это дверь ПВЗ. Ни в какой торговый центр не надо ехать.

— Не все так однозначно. Мы, например, видим рост интереса к мужскому ассортименту. Доля мужской одежды в продажах специализированных fashion-ритейлеров с 2021 выросла до 30% в среднем в 2026, а у ряда ритейлеров и выше. Некоторые бренды специально начали отшивать линейку одежды для мужчин, хотя до этого не смотрели в эту сторону. Знаете, почему? Мужчины хотят приезжать только в торговый центр: один раз приезжают и сразу покупают все. Им надо здесь и сейчас все проверить — комфортно ли вещь сидит.

Давайте посмотрим, что вы находите в ПВЗ: например, заказ на 10 платьев, при этом нужно в непонятно какой кабинке, на картонке где-то все это мерить, либо брать домой. Я сам так не люблю делать: мне проще поехать в магазин один раз, все приобрести. Тем более, ПВЗ уже начали открываться в торговых центрах. Уже несколько тысяч запустили. Плюс ряд торговых центров планируют делать коллаборацию с маркетплейсами. Это будет пространство сразу с несколькими маркетплейсами, красивыми примерочными, с кофе. Пока подробнее не могу рассказать.

— Были разговоры о том, что в текущий ситуации власти поддержат владельцев и операторов торговых центров не субсидиями, а регуляторно. О чем конкретно идет речь и что вы предлагаете сделать в первую очередь?

— Мы сейчас активно работаем над предложением о сокращении парковок. Наше мнение — торговые центры сейчас неслучайно так плохо открываются. Законодательство предъявляет избыточные требования по парковочным местам, которые ТЦ должен сделать около объекта в достаточном количестве — пять-семь машиномест на каждые 100 кв. м торговой площади, а в отдельных региональных нормах и выше. Мы считаем, что для современных ТЦ, особенно у станций метро и транспортных узлов, эти нормативы можно пересматривать и снижать примерно на треть. Если эти требования сменить, то, возможно, удастся создать новые импульсы для стройки торговых центров в РФ.

— Но парковку около ТЦ итак сложно найти, все постоянно забито. Что будет, если произойдет сокращение мест на 30%? Вы не ждете протеста со стороны покупателей?

— Если ТЦ построен уже по современным нормам, то емкость парковки зачастую значительно превышает количество покупателей с машинами. За пять лет, например,трафик снизился на 25%, а в ряде городов общественный транспорт наоборот получил бурное развитие, в том числе каршеринг и такси. Поэтому поиск свободного места — это не вопрос их наличия, а навигации и геометрии самой парковки. Я знаю торговые центры, где целые этажи парковок стоят пустыми и законсервированными, так как до них не доезжают.

— Уже второй год подряд отрасль кулуарно обсуждает возможный план действий, эвакуации на случай прилета беспилотников. Как продвигается эта работа?

— У нас есть рабочая группа, в которую входят сотрудники безопасности торговых центров и крупного ритейла, Росгвардия, МЧС, Минпромторга. Мы совместно разрабатываем важные для рынка инициативы. Возможно, вскоре вынесем на суд экспертов свое предложение по безопасности ТЦ во время такой угрозы. Пока оно находится на стадии обдумывания, мы рассматриваем тактику НПЗ в аналогичной ситуации.

— О чем конкретно идет речь?

— Например, в случае пожара люди могут укрыться в специальных для этого помещениях, где есть усиленная система подпора воздуха, плюс такие места оснащены огнезащитными дверями, которые могу выдерживать соприкосновения с огнем в течение длительного времени. Но что делать, если приближается беспилотник — до сих пор вопрос не отработан в полной мере. Есть разные варианты: например, один из них — предусмотреть безопасную зону в центре ТЦ, вдали от окон, то есть таким образом, чтобы людям не угрожали возможные осколки. Каким будет решение в финале — пока говорить рано. Пока мы в самом начале дискуссии.

«Zara пока ждет момента»
— В первом квартале 2026 года ни один зарубежный бренд не вышел на рынок. Почему так случилось?

— Был тяжелый год, а прошлый, кстати, был еще тяжелее.

— А как же Inditex со своими звездными брендами, например, Zara, которые хотели вернуться на рынок и заявляли об этом?

— Zara пока ждет момента, когда можно вернуться. Компания в момент потепления российско-американских отношений, действительно, говорила о своем желании вновь развернуть свой бизнес в РФ, но пока этот момент не настал. У нас в торговых центрах остается их бывшее российское подразделение, проданное Daher Group, — компания «Новая мода», под управлением которой находятся бренды Maag, Dub, Ecru и другие. Их магазины работают, но, правда, особо не развиваются. Но держат поляну за собой.

— Что значит, «держат поляну за собой»?

— Это значит, что «Новая мода» зашла на все точки Zara и Inditex, кроме, кажется, одного бренда, а новых магазинов не открывает. Причем в плане доходности у этих точек продаж положительная история. По итогам 2025 года компания впервые с 2022 года получила прибыль в 1,7 млрд руб. После убытков 2023-2024 годов это действительно сильный разворот, в отличие от некоторых других зарубежных розничных компаний, которые остались на российском рынке. Сначала у «Новой моды» были проблемы с пополнением ассортимента, потом компания постепенно нарастили обороты — появились новые коллекции. Но в сравнении с Inditex это, конечно, не такие обороты.

— Почему вы думаете, что «Новая мода» в плюсе?

— Я общаюсь с торговыми центрами, я общаюсь с «Новой модой». И они дают позитивную обратную связь. Но рынок уверен, что, когда ситуация в мире начнет меняться, Zara и все бренды вернутся — «Новая мода» является самым крупным франчайзи Inditex. То есть два ритейлера связаны между собой достаточно тесно. Когда санкционное давление ослабнет, испанцы вернутся в магазины, которые сейчас занимает партнер. Сделают партнерское соглашение, например, поменяют вывески и быстро привезут товар. Даже дизайн магазинов менять не будут.

— Если далее углубляться в эту тему, IKEA и Uniqlo тоже ушли, но более резко. Эти компании как-то контактируют с торговыми центрами?

— IKEA не вернется на российский рынок, хотя их доля на рынке товаров для дома была 10%, это много. Ритейлер ушел жестко, практически все активы оставил здесь, распродав фабрики, склады, магазины. Какой-то отрезок жизни я работал в МЕГА (входит в одну структуру с IKEA — примечание МП), поэтому сохранились знакомства на той стороне. Товарищи, знакомые с ситуацией, говорят, что топ-менеджмент IKEA придерживается четкой и жесткой позиции: не возвращаться на российский рынок.

— Это российская команда говорит или зарубежная?

— Зарубежная команда, которая была в IKEA. Кстати те, кто работал, частично вернулся на родину, другие менеджеры, курировавшие, в частности, строительство торговых объектов, уехали в Китай и в другие страны Азиатского-Тихоокеанского региона.

— А что с Uniqlo?

— У Uniqlo изначально была менее агрессивная риторика, до исхода западных брендов компания в РФ развивала около 50 магазинов — это второе место по количеству объектов в мире у этого ритейлера. Поэтому они пытались остаться, говорили, например, что у них гуманитарная миссия — одевать людей, не дроны продавать, не товары двойного назначения, а обычную одежду. Но их вынудили уйти, все равно пришлось вещи собрать и уехать. Компания просто расторгла все договоры и ушла.

— Пришлось ли ритейлеру выплатить штрафы за преждевременный разрыв арендных отношений?

— Думаю, да. По таким договорам почти всегда есть финансовые последствия: депозиты, штрафы, обязательства по срокам уведомления. Но конкретные условия Uniqlo с арендодателями я публично раскрывать не могу

— Если зарубежные бренды не выходят на российский рынок, то кто сейчас активно развивается?

— Melon Fashion Group (бренды Sela, Love Republic, Zarina, Idol и другие). Компания заявляет, что развивается, хотя развиваются они очень прагматично: подбирают площадки, которые в большом количестве освобождают другие одежные ритейлеры. И активно прокачивают свои условия: в случае несогласия со стороны собственников ТЦ говорят: «Идите по рынку поищите, кто еще развивается, может вам предложить хотя бы что-нибудь». Кто еще у нас в поиске площадей? Familia развивается, турецкая LC Waikiki, у них сейчас открывается большой магазин в Сочи.

— А китайские бренды?

— У них, действительно, много хороших брендов, мы вели с ними переговоры. Но они достаточно щепетильно относятся к вопросу санкций, опасаются. У них не только локальные, но и международные бренды — Anta, Li-Ning, Bosideng, Urban Revivo, Miniso. Кроме того, китайские группы уже владеют или контролируют крупные международные бренды: Arc’teryx, Salomon, Wilson, Atomic и другие. Но здесь важно не создавать ожидание, что все они завтра придут в Россию. Выход китайцев на российский рынок был точечный. Плюс мы видим, что у нас фэшн-магазины постепенно сокращаются, меняется потребительское поведение. У людей денег становится меньше, они более рационально подходят к покупкам, выбирают более дешевые аналоги, реже покупают.

Трафик в ТЦ медленно, но снижается. Это происходит последовательно с 2020 года, когда была пандемия, там посещаемость начала колебаться, но после началось восстановление. Затем началась СВО, западные бренды начали активно уходить. Казалось, наши магазины подхватили эту ситуацию, но по итогам мы видим ежегодное снижение стабильно на 2—3%. Это не обвал, а устойчивое сползание. Причина не только в экспансии маркетплейсов, а в изменении всей модели потребления, где меньше импульсных покупок, больше сравнения цен.

— Опять же — все уходят на маркетплейсы.

— Не все. Мы видим, что сейчас меняется цель визита в торговый центр. То есть раньше много людей приходило просто провести время, погулять, то сейчас приходят с какой-то конкретной целью — что-то обязательно купить, встретиться. А ты понимаешь, если человек идет с конкретной целью, он более целеустремленный. Это, конечно, очень сильно изменило нас. Например, за последние 10 лет у нас доля площадей фэшн-операторов в структуре ТЦ уменьшилась на 10 п.п. Хуже всех себя чувствуют магазины, которые работают в нижнем ценовом сегменте.

— А что пришло на смену?

— Например, развлекательные концепции, спорт, фитнесы, общепит. Торговые центры серьезно изменились. Например, если сравнивать по ключевым точкам, таким как новогодние праздники, то трафик в категории кино вернулся на доковидные время — на уровень 2019 года. В другие периоды тоже идет некоторое восстановление. Мы больше снимаем отечественного кино, плюс все-таки показываем международные блокбастеры. Но в целом, у ТЦ не оптимистичная картина. Но тут важно понять, что ТЦ не проиграли маркетплейсам, но проиграли старую модель. Просто продавать товар уже недостаточно. Это нужно делать там, где он становится городской средой, у него есть будущее.